Войдите на сайт, чтобы иметь возможность оставлять комментарии
 

ХОСПИС - ЭТО НЕ МЕСТО, ХОСПИС - ЭТО ФИЛОСОФИЯ

 

Первому в мире хоспису в Лондоне в нынешнем году исполнилось 50 лет, в России первый хоспис открылся в Санкт-Петербурге, в 1990 году. Самарский  хоспис начал свою работу как группа волонтёров, в 1996 году, а как медицинская организация работает с 1998 года. Разница между опытом российских врачей и зарубежных фактически составляет четверть века: это много или мало?

Об этом и многом другом рассказала главный врач самого улыбчивого места на свете, Ольга Васильевна Осетрова, руководитель Автономной Некоммерческой организации «Самарский хоспис»

 

 

 

- С одной стороны 25 лет это много. За рубежом намного больше, всяких законов, приказов, положений, и всё намного лучше налажено, в том числе, материальное оснащение. А вот с точки зрения помощи конкретному человеку, реальной заботы о нем российские хосписы не отличаются от зарубежных. Забота — это больше, чем помощь.

 

- Само слово «хоспис» имеет английское происхождение, это дом, где могли на время остановиться пилигримы на пути в Святую землю. Хоспис — это тоже то место, куда человек попадает на время?

 

- В общем, да.  Хотя, хоспис - это не место, а философия. Например, в нашем хосписе основная часть работы идёт не в стационаре, а на дому. В определении понятия хосписа я бы выделила два ключевых слова: «на время» и «в Святую землю».

 

- Есть такое понятие «паллиативная медицина». «Паллиум» — плащ, покрывало, покров. Паллиативная медицина занимается не только конкретно болезнью человека, а в целом человеком, его личностью, включая саму болезнь.

 

- Совершенно верно. Наверное, интересно само соотношение паллиативной помощи и хосписов. Хосписы — это часть паллиативной помощи, вместе с тем, это начало паллиативной медицины. Паллиативный подход сейчас распространяется, с каждым годом больше и больше, на разные стадии неизлечимых болезней, и считается особенно необходимым в детской помощи, любой -  онкологической, неврологической и т.д. С момента постановки ребенку диагноза неизлечимого прогрессирующего заболевания паллиатолог должен присутствовать в жизни этого ребёнка и этой семьи. Если болезнь удастся победить (а в детской онкологии сейчас это происходит часто), в паллиативной помощи не будет  необходимости, а если, к сожалению, болезнь ребенка перейдет в другую стадию – неизлечимую, специалисты паллиативной службы, которые  помогали с самого начала, будут и дальше служить маленькому пациенту и его семье тем самым покрывалом… И здесь важна всеобъемлемость паллиативной и хосписной помощи, которая  позволяет заботиться не только о симптомах, но и о настроении, душевном и духовном состоянии, о семье пациента - в этом  уникальность.

«…в России в паллиативную медицину скоро

будут приходить молодые специалисты.»

  

 

Паллиативная помощь выходит за рамки привычной, медицинской помощи, за рамки медицины? Все сферы жизни человека должны быть задействованы?

 

- Конечно. И в том числе, духовная.  По желанию пациента должен быть и священник? Это выбор пациента, и человек должен знать, что этот выбор у него есть.  Изначально паллиативная помощь — это и духовная помощь тоже, в то время как в обычной медицине этого нет.  Паллиативная помощь декларируется не только как симптоматическая терапия, и это очень важно. Врач паллиативной помощи - это как будто дважды призвание, медицинское и человеческое -  это какие-то особенности характера, личности, жизненного опыта. Это определенный жизненный путь, сопряженный со зрелостью и определенным опытом за плечами…  Трудно сделать такой выбор на юном этапе жизни.

 

«...сострадание должно быть не «плачущим»,

а активным.»

 

- А как выбирают специальность паллиатолога  на Западе?

 

- По-другому, но вместе с тем у них отношение и к жизни, и к смерти другое. Эта специальность не самая популярная у молодежи, например, в Англии (об этом рассказывают наши британские коллеги).  Многие хотят стать хирургами, спасать жизни, но - часть с самого начала выбирает паллиативную медицину. Чтобы молодой человек выбрал это направление обучения, должны быть какие-то жизненные обстоятельства, например, болезнь близкого человека. Или у него должно быть «паллиативное» сердце.

Думаю, в России в паллиативную медицину скоро будут приходить молодые специалисты. В частности, в Центре паллиативной помощи в Москве работает много врачей-реаниматологов, которым еще нет и 30 лет, и это отрадный факт.

«чувство сострадания -  врождённое,

а не приобретённое»

- Так что же, в первую очередь, присуще врачу паллиатологу? Сострадание?

 

- Сострадание, наравне с уверенностью в том, что сумеешь помочь — два обязательных условия. Потому что прийти сострадать, и только — сгоришь невероятно быстро.  А когда понимаешь, сострадая всей душой,что получится справиться с болью или одышкой, тогда ты действительно сможешь работать в паллиативе. И поэтому сострадание должно быть не «плачущим», а активным. Активное сострадание.

 

- Сострадание — это особое качество души, готовность без раздумья оказать помощь ближнему. Чувство сострадания -  врождённое, а не приобретённое. Душа человеческая по природе христианка, и отсутствие сострадания в человеке, говорит об изъяне в личности человека, о болезненности. Проявление сострадания в поступках, проявление милосердия — особое человеческое достоинство.

Современный информационный поток стимулирует и поощряет потребительское поведение: насилие, эгоизм, любовь к деньгам, к обогащению, и, к сожалению, в этом перечне слова «сострадание» нет.

Часто у современного подростка, выросшего на соответствующей информационной культуре возникает вопрос: зачем помогать человеку, которого нельзя вылечить? Нельзя сказать, что нынешнее поколение абсолютно все такое. Многое зависит от родителей, от окружающей среды… К сожалению сегодня день мы зачастую сталкиваемся с проявлением нездорового эгоизма, когда больной человек рассматривается этакой обузой для современного общества.

 

-  Конечно, часто думаешь, что это порой - так. С другой стороны, это -категорически - не так. Потому что, как только болезнь касается конкретного человека и членов его семьи, то точка зрения на ситуацию кардинально меняется. А наша с вами задача: и Радио «ВЕРА», и всех хосписов, и паллиативной медицины в целом, это - изменение общества. Есть чудесные позитивные примеры пробуждения и высокой человечности. Например, проведенная акция «Дети вместо цветов», которая собрала в Москве и других городах 38 миллионов рублей.

 

- Врач, который сопровождает пациентов, должен на шаг, на два, быть впереди той ситуации, в которой оказался подопечный?

 

- Да, конечно. Принцип паллиативной симптоматической терапии — следи и предупреди. Я уже рассказывала об обезболивании – по принципу «ладошки», когда обезболивание точно должно соответствовать боли.  Второй принцип — регулярное применение обезболивающих, не для того, чтобы убирать боль, а для того, чтобы она и не возникала, и коррекция лечения при появлении боли. Точно также нужно поступать по отношению ко всем другим симптомам: к отдышке, к тошноте, к отёкам, к пролежням. Следи, предупреждай, корректируй ровно настолько, насколько нужно и возможно.

«…хоспис —  последнее пристанище – это миф»

- В настоящее время хоспис — это учреждение, где осуществляется комплексная помощь умирающим онкологическим больным. Иногда и больным СПИДом. Первый вопрос, который возникает у человека, который не знаком с работой хосписов, почему хоспис ориентирован, в основном, на таких больных?

 

- На самом деле это не так. Просто во всем мире, включая Россию, именно онкологические больные — это пациенты первых хосписов и отделений паллиативной помощи. Сейчас законодательно закреплено, что все пациенты с неизлечимыми прогрессирующими заболеваниями (включая кардиологические, пульмонологические, неврологические, эндокринологические), на определенном этапе болезни, должны получать паллиативную медицинскую помощь. Другое дело, что есть некие этапы развития паллиативной помощи. И помощь онкологическим больным — это первый этап этого развития. Вот у нас, в Самарской области, например, паллиативная помощь пока на первом этапе. Допустим, в Москве, в Уфе, во многих других регионах России, это уже не первый этап, а второй и даже третий. Почему онкологические? Это очевидно. Потому что у онкологических больных темп ухудшения качества жизни в последний  год их жизни самый стремительный. Поэтому они самые нуждающиеся, по-прежнему.  И мы других пациентов, к сожалению, не наблюдаем, потому что просто нет возможности.

Госпитализация в хоспис носит временный характер. Мы госпитализируем на срок от 2 недель до месяца, часть  пациентов  умирают в хосписе, но больше чем 50% из стационара выписываются. То есть, подобрали обезболивающие, дали социальную передышку семье, и пациента выписали.

 

- Значит, самый грустный миф про хоспис, что попав сюда однажды, выходят только вперёд ногами — это неправда?

 

- Конечно, это неправда. Нельзя ассоциировать слово «хоспис» со словом «смерть» однозначно. Представление о том, что хоспис —  самое последнее пристанище – это миф.

 

В понятие паллиативной медицины входит психологическая поддержка, как самих больных, так и родственников.

 

- Конечно. На самом деле гораздо чаще именно родственники обращаются за психологической помощью. Потому что именно у них больше страхов — что происходит, что будет происходить, как в этой ситуации мне лично быть, как лучше помочь и так далее.Такая помощь родственникам, как помощь профессионального медицинского психолога, и в момент ведения пациента, и по переживанию горя, очень нужна.

Пациенты тоже в ней нуждаются, но для них это должно быть более, скажем, завуалированно, что ли… Больной сам должен выразить желание, чтобы была возможность оказания такой помощи.

 

«Волонтеры для хосписа жизненно необходимы.»

-  Есть еще одна важная проблема, на мой взгляд: вокруг больного все родственники работают на износ, все, кому он не безразличен, все, кто пропускает его боль через самого себя, подвержены резкому возрастанию заболеваемости, хроническому стрессу, и даже смертности…

 

- Это даже не стресс, а дистресс. То, что гораздо больше. И конечно же, как доказано и показано европейскими врачами, там, где была оказана адекватная паллиативная помощь, этого практически не происходит! Именно поэтому, и в рациональнейшем западном обществе паллиативная помощь начала развиваться и признана. Правительства европейских стран посчитали, что расходы на паллиативную помощь гораздо меньше, чем расходы на сопровождение этих пациентов и лечение, а также сопровождение и лечение их родственников. Это на самом деле экономически выгодно.

 

- Говоря сухим языком, качество жизни близких пациента улучшается, если больному оказывается грамотная паллиативная медицинская помощь.

 

Совершенно верно. Во всяком случае, вероятность необходимости оказания родственникам медицинской помощи снижается во много раз.

 

- Я затрону, может быть, щепетильную тему. Один из принципов хосписа — за смерть нельзя платить. Все мы знаем, что затраты хоспис несёт очень большие: это и содержание имущественного комплекса, и содержание медицинского персонала, и медицинские препараты, и так далее, и тому подобное. Об источниках финансирования, о том, как собираются деньги, пожертвования, мы останавливаться не будем — это отдельная огромная тема, вопрос сложный. Но вот, что касается волонтерской помощи: в хосписах работает достаточное  количество волонтёров или их все-таки немного?

 

- Волонтёры в хосписе, несомненно, нужны, и это неотъемлемая часть работы хосписа, и делать они могут чрезвычайно много — общение, концерты, мастер-классы, вскапывание клумб, автоволонтёры, парикмахеры… Если взять, Англию, то на одного лежащего в хосписе пациента у них приходится 20 волонтёров, у нас конечно далеко не так. Образцом для нас могут послужить московские хосписы, где волонтёров много, где есть специальные координаторы волонтёров, ведь это работа, требующая соответствующей организации и порядка, что в свою очередь, тоже требует средств, времени и места. У части хосписов этого нет, так как нет возможности этим заниматься. Волонтеры для хосписа жизненно необходимы.

продолжение следует…

 
Голосование:
88%
8
1
703
12 декабря 2017